RuEn

Евгений Цыганов перенял ухватки Собакевича

Иной раз кажется, что московские театры между собой договариваются, например, а не поставить ли нам под конец сезона Гоголя

И вуаля — целый репертуар из спектаклей по произведениям Николая Васильевича. В Et Cetera только что вышел «Ревизор», а в «Мастерской Петра Фоменко» — «Души…». Какие именно? Конечно, мертвые души, которых вздумал купить Павел Андреевич Чичиков. Но не только.
Режиссер Федор Малышев (в спектакле он еще играет роль кучера Селифана) раздвинул границы поэмы и населил постановку героями других произведений Гоголя. Под звуки оркестра в карнавальном калейдоскопе вихляет и кружится Панночка из «Вия». У нее мертвецкая хватка, скорбит по утерянному носу коллежский асессор Ковалев, мечтает о новой шинели маленький человек Акакий Акакиевич. 
В маскарадной мениппее (вид серьезно-смехового действа), как обозначил жанр спектакля режиссер, о поисках души русского человека вальсируют герои-маски, словно в итальянской комедии дель арте. У одних этот вальс получается изящным, например, у приторно сладкого щебетуна Манилова (Дмитрий Рудков). У других — танец с медвежьей грацией. Таков помещик Собакевич в исполнении Евгения Цыганова — «медведь средней величины» с волосатой грудью и рыжей растительностью на руках. Он щурит правый глаз, сопит и каждый раз наступает на ногу Чичикову.
Полине Агуреевой режиссер доверил две наисложнейшие роли (кстати, она его жена, не на сцене, а в жизни). Полина и помещица Настасья Петровна Коробочка, хозяйственная, прыткая и расторопная женщина, но все же немножко с приветом. И в следующей сцене она же изображает разноликое губернское общество. Актриса в своей блистательной бенефисной роли перевоплотилась в светских сплетниц, в важных чиновников, в дворовую девку — и все это одновременно, в тот же миг, прямо не сходя с места.
Разноликие образы карнавального балагана обыграны в костюмах (художник Павел Каплевич) и гриме (тут потрудился цех гримеров во главе с Анной Мелешко).
Средь этого бала мертвых душ один только Чичиков (Дмитрий Захаров) с его понятной современному зрителю мечтой о собственности и капитале кажется живым человеком. С ним рядом смекалистый, чуть нелепый, забавный мужик-философ Селифан.
В спектакле звучит живая музыка в исполнении квинтета музыкантов и вариации на тему произведений Шнитке, Шостаковича, Вагнера.
Источник: газета «Комсомольская правда»