RuEn

«Мастерская Петра Фоменко» выпустила еще один спектакль про счастье

В постановке «Последние свидания» по Бунину актерам удается передать легкое дыхание автора

Московский театр «Мастерская Петра Фоменко» выпустил премьерный спектакль «Последние свидания» по «Темным аллеям» Бунина. В сценическую композицию вошли рассказы «Генрих», «Речной трактир», «Натали» и «Мадрид».

Театр любит «Темные аллеи» за совершенный язык, краткую форму, легкое дыхание поздней прозы писателя, настроение навевающее сладкую тоску о любви, которая встречается на пути человека лишь однажды. Герои, как правило, с первого взгляда не распознают ее, беспечно теряют и, дожив до седин, неизменно оплакивают.

Встреча такого автора, как Бунин, и такого театра, как «Мастерская», была неизбежна. Театр настроения, полутонов, изысканный, странный и чувственный идеально подходит для поздней прозы писателя. Кроме того, счастье — это тот уникальный язык, на котором свободно говорят в «Мастерской Петра Фоменко». Не раз подмечалось, как часто это слово встречается в названиях спектаклей его основателя; ни в каком другом театре Москвы не умеют столь легко передавать на сцене это ускользающее состояние, транслируя его в зал.

Опасность выбора, на который отважился молодой режиссер Юрий Титов, заключалась в том, что театр и автор могли раствориться друг в друге, но, к счастью, этого не произошло. Постановку спасла ирония — верный спутник постановок Петра Фоменко и его последователей, и то дыхание молодости, свободы и самозабвенной игры, без которого невозможно представить лучшие постановки театра.

«Последние свидания» продолжают излюбленные темы «Мастерской», с той разницей, что режиссер в своей работе решается на почти невозможное исследование, пытаясь определить границы состояния эйфории. 

Фат и щеголь поэт Глебов (Юрий Титов) меняет женщин, как перчатки. Не имея определенных планов на будущее, предвкушая сюрпризы судьбы, он едет в Ниццу — «всегда кажется, что где-то там будет что-то особенно счастливое, какая-нибудь встреча…» — вместе с очередной спутницей, русской журналисткой с псевдонимом Генрих (превосходная, тонкая работа Ирины Горбачевой). И одна проведенная вместе ночь вдруг переворачивает жизнь героя. Он влюблен, он любим, но навеки разлучен с предметом своей страсти.

Герой «Натали» юный Виктор Мещерский (Амбарцум Кабанян) жаждет знакомства с плотской любовью, попадает под обаяние молодости кузины и ее подруги. Шутка, игра оборачиваются трагедией, шалость и легкомысленность — годами бесцельной жизни. Сюжеты «Темных аллей», так не похожие друг на друга, роднит потеря — неизменный компонент рассказов Бунина. Истории героев развиваются параллельно, почти не пересекаясь, но, тем не менее, не выглядят чужеродными.

На старой сцене «Мастерской» в здании бывшего кинотеатра «Киев», в декорации, похожей на фасад дома, на двух уровнях от пола до потолка разыгрывается действие. В глухой серой стене то и дело распахиваются окна, словно из старинного комода выдвигаются, как ящики, накрытые столы, богато обитые стулья, застеленные кровати и за ненадобностью снова утопают в панели. Маленький зал оживает, фантазия ведет зрителя за замыслом художника и постановщика, и ощущение зимней Москвы сменяется простором летнего поместья. Место действия — литературный мир писателя.

Герои постановки шмыгают из двери в дверь, проезжают на санях в оконных просветах, играют в бадминтон, провожают поезда, обживая единое пространство. Каждый играет сразу несколько ролей, часто противоположных по звучанию. Гордячка декадентка Ли из «Генриха», страстная Соня Черкасова из «Натали» и простолюдинка Поля из «Мадрида» — всё это успевшая заявить о себе молодая актриса театра Серафима Огарева. Сердечная крестьянка Гаша («Натали») и обаятельная поэтесса Надя («Генрих») — виртуозные работы Розы Шмуклер.

Новая постановка, руководителем которой выступил худрук Евгений Каменькович, выполнена в традициях «Мастерской». Она наследует основополагающие принципы театра, тем не менее, не становясь бледным отражением, пародией на лучшие работы мэтра.

Спектакль «Последние свидания» — это пронзительная история, утверждающая вслед за героем «Речного трактира»: не важно, чем и как счастлив человек, если в душе его остаются воспоминания — особенно жестокие и мучительные, когда вспоминается что-нибудь счастливое.