RuEn

«Улисс» Джойса в постановке Каменьковича

Инсценировку «не сценичной» прозы представил столичным зрителям режиссер Евгений Каменькович. В театре «Мастерская Петра Фоменко» состоялась премьера спектакля «Улисс» по знаменитому роману Джеймса Джойса. Один из канонических литературных текстов ХХ столетия, роман-лабиринт, разгадывать который ученые и читатели продолжают и сегодня, едва ли не впервые обрел сценическое воплощение. О трудностях перевода модернисткой прозы на язык современного театра рассказывают «Новости культуры».

С «Улиссом» Джойса всегда больше вопросов, чем ответов. Какой толк в сценической постановке текста, который немногие прочли до конца? Насколько вероятно, что зритель воспримет образы, который создал режиссер, все-таки прочитавший эту книгу? Можно ли приходить в театр неподготовленным, или это все же представление «для посвященных»? Как быть с остальным текстом, оставшимся за рамками сценического прочтения? «Мне сразу за этим почудился театр. Когда десять лет назад я читал все это, я просто кожей чувствовал, что некоторые главы для сцены, некоторые — нет. Нужно ли идти неподготовленным, не знаю. Вот сейчас моя теща видела монтировщика сцены, который после тяжелейшей репетиции в метро читал Джойса. Приятно!» — говорит режиссер Евгений Каменькович. 

В театральном изложении «Улисс» Каменьковича длится шесть часов. Это, пожалуй, самое краткое из всех полных изложений. Канва сюжета сохранена, авторы спектакля с большим почтением отнеслись к первоисточнику. Зритель увидит один день из жизни рекламного агента Леопольда Блума. Завтрак с женой Молли, похороны приятеля Падди Дигнама, посещение Блумом редакции «Ивнинг Телеграф», разговор о патриотизме в кабачке Барни Кирнана, и так далее — вплоть до прибытия домой около двух часов ночи. Сценография спектакля весьма необычна. «Исходный образ — трамвай. Вот, почему-то мы так решили», — замечает сценограф Владимир Максимов.

«Улисса» действительно, надо сначала слушать, а потом понимать. Так вслед за Джойсом считает Сергей Хоружий — переводчик и автор обширного комментария к «Улиссу». «Вся джойсовская работа с языком движима, прежде всего, его гипертрофированным слухом. Ему каждое слово слышалось. Это не только данное слово, но и то, что рядом, еще и еще. Это гнездо, это целый мир, и он этим пользовался, выкладывая все эти гнезда в романе. Для меня как для современного человека и антрополога решения Джойса необычайно актуальны своей пессимистичностью. Это достаточно негативные высказывания о человеке», — считает он.

Впрочем, совсем не обязательно быть ученым, чтобы понять: мы уже давно живем в реальности, предсказанной в начале двадцатого века Джойсом. Но стоит помнить, что «Улисс» — роман о поиске человека. А это процесс бесконечный.
Новости культуры