RuEn

Герои против плюшевых львов

И снова Фоменко с театральной молодежью играют Шекспира в обработке Кима

Сегодня на старой сцене театра «Мастерская Петра Фоменко» — премьера спектакля «Сказка Арденнского леса». Поэт и бард Юлий Ким сочинил историю, как написано в программке, «по канве» комедии Шекспира «Как вам это понравится». Режиссер поставил ее с актерами стажерской группы, набранной при «Мастерской» весной 2007 года. И хотя обычно век учебных спектаклей недолог, cо «Сказкой Арденнского леса» такого случиться не должно: она включена в постоянный репертуар театра. Будет чему удивиться и зрителям: они с трудом узнают стиль Фоменко и наверняка не вспомнят о Шекспире.

О Шекспире легко не вспомнить, поскольку Юлий Ким своими словами пересказал длинную и нравоучительную комедию, заметно сократив текст и выбросив половину персонажей. От Шекспира в «Сказке» остались только имена некоторых героев да сюжетная канва. Розалинда с подружкой Селией сбегают в Арденнский лес, где поселился отец Розалинды, опальный герцог Фердинанд, и противники режима правящего герцога Фредерика. В лесу герои проживают несколько бурных недель: влюбляются, ссорятся, Розалинда то носит мужской костюм, то надевает юбку, а к выходу из леса приурочено сразу несколько свадеб. От шекспировского морализаторства не осталось и следа, длинные витиеватые диалоги комедии сменил привычный уху современный разговорный язык.

Фоменко узнается с трудом, поскольку он, встречаясь с новой актерской командой, обычно меняет свой режиссерский почерк. А «Сказка», можно сказать, поставлена с людьми иной театральной крови. Прежде чем прийти в «Мастерскую», каждый из стажеров успел окончить театральный вуз, а то и поработать в другом театре. Репетируя с ними, Фоменко не стал делать новых учеников похожими на актеров «Мастерской», подгонять их под уже существующие стандарты, а постарался раскрыть индивидуальность каждого и выстроить новую театральную модель. Так что к новому спектаклю эпитеты вроде «легкое дыханье» и «пасторальные трели», которыми критики исправно описывают постановки Петра Наумовича, явно не подходят. И хотя женские роли в «Сказке» тоже есть, у спектакля, вопреки обыкновению «Мастерской», заметный крен не в сторону женского, а в сторону мужского начала.

В конце 1960-х, когда Фоменко впервые поставил комедию Шекспира в обработке Кима, публика видела в бегстве в Арденнский лес намеки на диссидентское движение. Сейчас политический подтекст исчез. Вместо пьесы о диссидентах у режиссера получилась история о компании молодых людей, которые лихо проводят время в лесу и при дворе герцога. Мужскую команду укрепили актеры театра: Олег Нирян и Никита Тюнин сыграли герцогов, злодея Фердинанда и философа Фредерика; брутального жизнелюба, телохранителя Чарли — режиссер, ученик Фоменко Иван Поповски, а роль Жака-меланхолика, одного из идеологов «арденнского движения», досталась Кириллу Пирогову. Актер играет ее мощно, ярко, и его герой будто притягивает к себе все происходящее. Пирогов говорит, что ему было очень интересно репетировать с молодыми актерами. «Хотя спектакль многим кажется легким, поскольку это вариации на тему Шекспира, эта легкость — результат большого труда», — сказал он корреспонденту «Газеты».

Герцогский дворец и лес, где веселится компания, втиснуты в небольшое сценическое пространство в старом здании театра. Декорации, как в настоящем студенческом спектакле, предельно просты: две карты, кресло-трон, стол и лавки. Когда действие переносится в лес, мебель просто переворачивают вверх ножками и выносят на сцену зеленые кустарники в кадках.

Актеры бьются на мечах, борются и так лихо скачут со стола на лавки и обратно, что вспоминается китайско-американский фильм «Крадущийся тигр, затаившийся дракон» с героями, летающими, как птицы. Актеры шутят напропалую (Ким включил в текст фразы, родившиеся на репетициях) и неплохо поют зонги под аккомпанемент пианиста. Фоменко нет-нет да и напомнит зрителям, что актеры в театре — герои: на сцене они то начинают изъясняться пятистопным ямбом, то затевают сражение с огромными плюшевыми львами, похожими на маски китайского карнавала. Движения актеров свободны и естественны, но в маленьком пространстве особенно бросается в глаза, как отточен каждый жест, взгляд и поворот головы, а ловкий прыжок может порой больше сказать о герое, чем длинное рассуждение. 

Под веселым театральным хулиганством режиссер прячет почти гамлетовский вопрос. Что лучше — размышлять о несовершенстве мира, замечая все его недостатки, как делает Жак-меланхолик, или, подобно авантюристке Розалинде (Наджа Мэр), действовать, очертя голову? Кажется, Фоменко считает, что правда на ее стороне. И Жак, хотя он гораздо умнее девушки, отдает ей право первенства.

Поэт и композитор Юлий Ким: «Фоменко предложил мне отредактировать текст великого драматурга»

 — Как-то ясным весенним днем мы встретились у Никитских Ворот с Петром Фоменко, в то время служившим очередным режиссером в театре на Малой Бронной, и он предложил мне посочинять песни в комедию Шекспира «Как вам это понравится» и отредактировать текст великого драматурга. Эта комедия и тогда звучала чрезвычайно архаично. Так мы впервые в 1968 году «почистили» Шекспира: выпололи часть текста и без всякого стеснения вставили, куда могли, вокальные номера. Первая серия песен была написана мной и Алексеем Александровичем Николаевым, известным музыкантом, знатоком Прокофьева. Я сочинял тексты и мелодии, а он их оркестровал.

Актерам в нашем спектакле аккомпанировал «надежды маленький оркестрик». В то время я принимал участие в диссидентском движении, и за мной наблюдали люди из КГБ и партийные чиновники. Они приходили на репетиции, вмешивались в работу. Например, Жак-меланхолик, которого играл Александр Ширвиндт, поначалу произносил монолог, начинавшийся словами «Весь мир — театр, а люди в нем — актеры», сидя на вершине дерева. Чиновники приказали снизить пафос, поэтому Жак сначала спустился к подножью дерева, а потом Петю заставили вообще отодвинуть его куда-то в левую кулису.

Спектакль получился замечательный, но через год его сняли по причинам, не имеющим отношения к театру. Став режиссером ленинградского Театра комедии, того самого, которым руководил когда-то Борис Акимов, Петр снова решил поставить «Сказку Арденского леса». Он вызвал меня, и мы снова склонились над текстом Шекспира. В результате от 33 персонажей осталась примерно половина, а вместе с ними улетела примерно треть текста. Дальше я работал один, потом Фоменко внес в мою работу ряд существенных поправок, и так родился окончательный вариант «Сказки» — тот самый, который Петр поставил и в этот раз.

Это было в 1981 году, четверть с лишним века назад. Тот спектакль зрители тоже видели недолго. Новый главный режиссер, занявший место Фоменко, снял его с репертуара. А Петр, вернувшись в Москву, не раз возвращался к идее поставить «Сказку». Я читал ее актерам — в театре имени Моссовета, первому набору «Мастерской Петра Фоменко»… Теперь он поставил ее со стажерами. Сейчас текст немного изменился. Многие фразы из прозы переложены в пятистопный ямб. Петр виртуозно владеет этой техникой: во время отдыха мы с ним не раз целыми днями изъяснялись таким высоким стилем: например, я говорю «Куда идешь ты, Петя, расскажи?», а он отвечает: «Иду купаться. Ну а ты куда?», — и так далее. Музыка в нынешней «Сказке» звучит практически та же, что и в других, только в самом конце Фоменко вставил французскую песню.