RuEn

В Петербурге завершились гастроли московской «Мастерской Петра Фоменко»

Для «Мастерской» эти весенние гастроли стали первыми после смерти Петра Фоменко. Показывали две последние по времени премьеры: апрельский «Театральный роман» Булгакова и сентябрьский «Дар» Набокова. Театр, который считает, что спектаклю необходимы год-два жизни, чтобы дозреть и окрепнуть, и только потом выезжать в свет, традиционно делает исключение для Северной столицы. И это касается не только «взрослых» премьер, но и студенческих работ всех четырех курсов, которые успел выпустить Мастер: даже отрывки сразу везли на «смотрины». Для Петра Наумовича постановка, если она не была сыграна в Петербурге, оставалась как бы не до конца выпущенной, «не до конца по-настоящему премьерной».

Открывали гастроли «Театральным романом» — спектаклем, созданным Петром Фоменко вместе с учеником «второго призыва» Кириллом Пироговым, сыгравшим в нем главную роль. Герой Максудов — автор пьесы «Черный снег», взятой на постановку «Независимым театром», — это альтер эго Михаила Афанасьевича, который познавал все прелести и ужасы театрального мира со своими «Днями Турбиных» во МХАТе. «Фоменки» не стремятся к аллюзиям или прямым пародиям, они высмеивают «законсервированность» театра как такового. Обобщение это не снимает, однако, параллелей: накануне двадцатилетия «Мастерской» (или двадцатипятилетия — если считать от набора курса) театр анализирует творческий кризис, к которому пришли «художественники» в свои неполные тридцать, и как бы смотрит на себя со стороны, не боясь обнаруживать слабые места.

За «старшим поколением» свое слово сказала и молодая часть труппы: показали «Дар» в постановке Евгения Каменьковича — давнего союзника театра и ныне художественного руководителя, известного своей тягой к сложной прозе. Поставив в «Мастерской», казалось бы, непосильных сцене «Улисса» и «Венерин волос», Каменькович взялся за выпуклый, танцующий и ускользающий текст Набокова, ранее не инсценированный. Вместе с молодыми артистами и поддержкой «основоположников» в лице блистательной Полины Кутеповой режиссер исследует тему любви, ее предощущение, томление по ней и свершение. Главную тему для всего творчества Петра Наумовича, часто повторявшего «мало любви, мало любви».

«Когда мы взялись за „Дар“, возникли проблемы литературоведческого характера: команда ринулась читать различные исследования, мы провели некоторое время в зряшных спорах, прежде чем начали репетировать, — рассказал РБК daily режиссер перед спектаклем. — Но литературный кружок закончился, когда встали на ноги, начали пробовать».

Показателем того, что спектакль получился, является переход отдельных слов в жизнь — набоковскими словосочетаниями мы сейчас вовсю щеголяем в общении друг с другом". Каменькович отметил также, что магистральный сюжет театра вырисован и он «в хорошем смысле будет двигаться по инерции»: 95% названий будущих постановок — это содержание так называемого «фоменковского завещания», «списка Фомы». Этот план «Мастерской» был уже не раз озвучен, и гастроли стали неким наглядным его подтверждением. Без них новые «Фоменки» не были бы до конца «настоящими», принятыми и осмысленными Петербургом.