RuEn

Мечтать вредно

В «Мастерской Фоменко» поставили спектакль о поколении 40-летних.

Звезда сериала «Оттепель» и один из лучших актеров фоменковской труппы Евгений Цыганов решился на режиссерский дебют. В родном театре он поставил новую пьесу Ольги Мухиной — о людях, чье детство пришлось на эпоху брежневского застоя, а зрелость совпала с путинским режимом. Безупречным хитом спектакль назвать нельзя, но и аплодировать из вежливости вам тоже не придется. Всем, кто ищет в театре личных историй и щемящей лирики, настоятельно рекомендуем.

Политические выпады никогда не были коньком фоменок, другое дело — реальные судьбы и взаимоотношения. Так и в «Олимпии» Евгений Цыганов попытался на примере жизни главного героя поговорить о судьбе своего поколения. В Алеше Стечкине (Иван Вакуленко) любой зритель, рожденный в 70-х, узнает сам себя. Советское детство, открытие Макдональдса на Пушкинской, путч, первая любовь, Перестройка, лихие 90-е, новорусский гламур… Впрочем, на сцене разыгрываются не исторические хроники, а скорее этюды на «заданные» темы. Какие-то из них более удачны, какие-то менее, самые лучшие — те, в которых чувствуются фоменковское «легкое дыхание» и обаятельный светлый юмор. Всего один пример — родители маленького Алеши бурно ссорятся, он спрашивает у бабушки, в чем причина скандала. И получает ответ: «Мама любит Джо Дассена больше папы». Бабушку в спектакле совершенно бесподобно играет Екатерина Васильева, крайне редко выходящая на сцену. Ей удался образ женщины, повидавшей многое, но не переставшей верить в Бога и коммунистов одновременно.

Актерский состав нового спектакля очень сильный. Бывшие стажеры — Иван Вакуленко, Серафима Огарева и Мария Андреева — убедительны в ролях молодых ребят, чья юность пришлась на перестройку. Отчаянные мечтатели, они меняют увлечения и кумиров на раз-два: сегодня — пионеры, завтра — скейтеры, послезавтра — клубные тусовщики. На политику им глубоко наплевать, их пьянит свобода. Вынырнув из перестроечной эйфории и разгула нулевых, герои остаются ни с чем: неосуществленная любовь, разбитые мечты и сломанные судьбы.

Жаль, что этот очень честный и, в общем-то, жесткий финал фоменки превратили в сентиментальные причитания на тему «главное в жизни — любовь». Спектакль в принципе очень неровный, но если буксующий второй акт, посвященный клубным тусовкам и наркотическим снам главного героя, простить можно, то последняя сцена, в которой Алеша забирается вместе с бабушкой на снежную гору (у каждого своя вершина) — фальшивая и откровенно морализаторская.

Еще один досадный недостаток — сценография. За нее отвечали Владимир Максимов и Егор Федоричев — в итоге на сцене одновременно находится «все и сразу»: интерьер старой советской квартиры, здесь же — спортзал, Александровский сад, гараж в Чертаново, бандитский ресторан и ночной клуб. Сценографы сделали акцент на мелких деталях вроде советского сервиза на столе или dj-оборудования для дискотеки. Но визуальная перегруженность пошла во вред и без того сложному спектаклю, со множеством сюжетных перипетий и действующих лиц. Действию заметно не хватает воздуха.

Если верить анонсам, фоменки мечтали поставить эпос о крахе целого поколения россиян. Идея прекрасная, но решить ее в рамках исключительной лирики и светлой грусти у них, увы, не получилось. Впрочем, сильные впечатления все равно гарантированы. Никогда еще «Мастерская» не делала такую серьезную ставку на современную драматургию и не пыталась через личную историю говорить с залом об истории страны.