RuEn

Он чувствовал себя с ними слабым и растерянным, или Семь женщин в красном

Молодой театр переехал в новое здание, обрел свой дом. Его помещение вписано во внушительное строение на Кутузовском проспекте, это один из гигантов так называемого большого стиля — то, что в Москве называется «сталинской архитектурой». Бывший кинотеатр «Киев», в котором разместилась «Мастерская Петра Фоменко», был полностью перепланирован и обрел элегантные минималистские интерьеры. Два уютных зала (на 70 мест каждый) дают возможность трансформировать сцену и даже рассаживать зрителей с трех сторон, как во времена Шекспира. Давно отмечено, что именно сложные, «неправильные» помещения позволяют постановщику изобретать наиболее оригинальные приемы. Со временем преодоление недостатков сцены становится особым почерком труппы, позволяет блеснуть мастерством сценографу.
Первая постановка в новом помещении — «Варвары» Максима Горького — особенно красива именно своей сценографией. Здесь сценическая площадка развернута фронтально к зрителям, и пугающая близость актеров позволяет погружаться в действие, почти забывая о реальности. Горький рубежа веков — пьеса написана в самом начале века двадцатого — играется почти столетие спустя, накануне века двадцать первого. Обличение интеллигенции, не готовой возмутить мещанское болото, не могущей ответить на вызов жизни, прочитана режиссером Евгением Каменьковичем как вечная драма любви. Женщина вопрошает, мужчина не знает ответа — таковы наивные иллюзии столетней давности. «Горький вернулся в Петербург, — писала исследователь его творчества Нина Берберова, — и стал теперь много говорить о новых женщинах. Он всегда говорил о женщинах нежно, но теперь он говорил о том, что в них появилось железное начало, и что женщины как-то по-своему опережают мужчин? И он чувствовал себя с ними? да, слабым и растерянным». Эти горьковские характеристики можно в равной мере отнести к героям пьесы, написанной в далеком 1905 году, и к героям спектакля. Прекрасная Галина Тюнина превратила образ Надежды Монаховой — провинциальной femme fatale, красивого животного, в сложную, изысканную героиню, вокруг которой и завертелся сонный мещанский городок. Приехали инженеры! Потенциальные герои, потенциальные герои-любовники. Увы! Сергей Тарамаев (Черкун) играет сердитого молодого человека, прячущего свою растерянность за внешней резкостью. Трудно поверить, что он принадлежит к той категории «выбившихся в люди» волевых, цельных, сильных и уверенных в себе людей. Здесь у Тарамаева другое амплуа (кстати, очень модное в начале века) — герой-неврастеник. Женщины любят его по недоразумению, видят в нем то, чего не видит зритель. Одномерный без развития характер, резкий нервный пластический рисунок роли — все это делает героя Сергея Тарамаева малопривлекательным. По воле Горького он должен быть любим и героини (целых три) его любят. Мы не разделяем их чувств. Как известно, в финале Надежда Монахова, убитая разочарованием, стреляет в себя — и это тоже проявление силы. А косный мир остался невозмутимым. Кто-то, правда, спился, кто-то убежал из дому, а кто-то совершил растрату. Цивилизация разрушительна, и выбор всегда приходится делать между плохим и очень плохим. Занавес! Женщины, еще не осознавшие своей силы, но уже признавшие никчемность мужской слабости, остались на руинах. Семь женщин, семь героинь в красном?
Для тех, кто не имел счастья видеть прежние спектакли «Мастерской Фоменко» можно сказать так — идите и смотрите. Труппа молода, актрисы красивы, изящны, изысканны. Актеры подвижны, заразительны, обаятельны. «Варвары» — возможно, не лучший спектакль театра, но даже это зрелище превосходно по сценографии, актерской игре, настроению. Ждем продолжения.