RuEn

«После занавеса»: Чехов двадцать лет спутся

В «Мастерской Петра Фоменко» Евгений Каменькович поставил пьесу Брайана Фрила «После занавеса», в которой чеховские герои оказались заброшены в советскую Россию. 

Ирландца Брайана Фрила верные зрители «Мастерской» помнят по спектаклю «Танцы на праздник урожая». Но у себя на родине этот драматург знаменит как смелый интерпретатор Чехова. Евгений Каменькович решил познакомить русскую публику с ирландским сиквелом «Дяди Вани» и «Трех сестер», уравновесив эту невеселую историю чеховским «Медведем».

20-е годы XX века. На экране мелькают кадры послереволюционной хроники. На сцене — обшарпанный привокзальный буфет, выбитые стекла и лужи на полу. И вот посреди этой разрухи встречаются Андрей Прозоров (Никита Зверев) и Соня Серебрякова (Полина Кутепова). Оба изрядно потрепаны жизнью, но еще не опустились и сохранили привычку красиво изъясняться: «Желаю вам получить удовольствие от вашего супа». «Интеллигенция хренова», — ворчит на них колоритная мегера-буфетчица (Дмитрий Захаров), представляющая тот грубый, чужой мир, которого так боятся «беззубые» и непрактичные чеховские герои. Неудивительно, что эти два одиноких, усталых и несчастных человека тянутся друг к другу, чувствуя если не родство душ, то хотя бы схожесть судеб. И как часто бывает между случайными попутчиками, выкладывают все свои интимные тайны.

Вернее, сначала, чтобы произвести впечатление, Андрей Прозоров привирает, что работает скрипачом в симфоническом оркестре. Но потом выясняется, что играет он не в театре, а на улицах и вокзалах. Жена его Наташа ушла-таки к Протопопову, Бобика и Софочку воспитывали сестры, но ничего хорошего из этого не вышло. У Сони дела не лучше: имение давно пришло в негодность, последнюю квартирку вот-вот отнимут, но она все так же безнадежно любит своего помешанного на лесах доктора и везет ему из Москвы какие-то саженцы. Не станем раскрывать всех секретов и рассказывать, что случилось с дядей Ваней, его прекрасной Еленой, профессором Серебряковым и другими. Скажем только, что финал здесь решен очень по-чеховски: счастья для его героев нет и не будет.

Зато словно в перевернутом зеркале неожиданный хеппи-энд случается в водевиле «Медведь». Здесь та же симметричная тройка персонажей: он - Евгений Цыганов, она — Наталья Курдюбова и комический слуга — Никита Тюнин. Эксцентрическая комедия, которую они ломают в первом акте, должна хоть немного подсластить горечь второго.