RuEn

Обольщение театром

В спектаклях Петра Фоменко многое проверяется игрой. Игрой воображения, обстоятельств, игрой азартной, случайной и по принуждению. Игра ломает привычный ход событий, путает устоявшиеся понятия, превращает неудачников в героев. А у везунчиков отнимает последний шанс. Её Величество Игра в разных постановках Фоменко ведет себя по-разному. В новой премьере «Мастерской» она дерзка и простодушна одновременно.


Двойные правила задаются еще до начала представления. В программке значится — «Прости нас, Жан-Батист…» («Журден-Журден»), парафраз в стихах и прозах, или в мимиках и позах…". В «Мастерской» представляют не пьесу, а сценарий по мотивам, вроде тех, что любили разыгрывать старинные комедианты. «Журден-Журден», задуманный Вениамином Смеховым и воплощенный на сцене Петром Фоменко, — спектакль-оборотень. В представлении уживаются и площадное варварство по отношению к пьесе, и театральная благопристойность — слаженность ансамбля, ажурные рисунки мизансцен, тонкая игра ассоциаций. 
События соответствуют хрестоматийному сюжету. Только их участники стали разговаривать другими словами — так, как сочли более нужным и удобным. Дураки стали более дурашливыми, умники — спесивыми, ворчуны невыносимо занудствуют, а влюбленные так изнемогают от сердечных мук, что вот-вот растают. Виртуозы притворства ловко меняют маски и роли. Вьются вокруг простофили Журдена, обольщая его волшебными иллюзиями.
Владимир Топцов трогательно играет восторженного неофита, жаждущего приобщиться к «тайным» знаниям и навыкам. Потрясающие открытия обещают перемену участи. Мещанин грезит о дворянстве, как о сказочном мире, где все возможно. Если Журден станет изысканно двигаться и красиво говорить, попеременно изъясняясь то поэзией, то прозой, его непременно полюбит маркиза Доримена. Дива, существующая только в воображении или в идеальной опере. На роль Доримены приглашена актриса Театра п/р Е. Камбуровой Ирина Евдокимова. Приглашение не случайно. Спектаклю необходим и ее профессиональный вокал, и мягкая грация. Маркиза нереальна, как будущее, которое для Журдена так и не наступит. Но его мечта оказаться с ней на одних подмостках хотя бы на миг, пусть и в крошечной роли, сильна и отчаянна. И летят направо-налево мешочки с монетами, звенящие, как карнавальные бубенцы.
По весьма правильному стечению обстоятельств главный наставник Журдена, учитель философии, оказывается еще и лицом от театра. Рустэм Юскаев — ироничный клоун, владеющий премудростями притворств. Его Философ мог бы научить Журдена многому. Например, как строить хорошую мину при плохой игре — когда, избитый «коллегами», встает как ни в чем не бывало и со стоической улыбкой пускается в рассуждения. Или как делать из мухи слона, когда в финале, пышно вырядившись, играет главную роль в обряде «омамамушевления». Как валять дурака, не теряя при этом ученого вида. Этот урок удается лучше других. Философ учит великовозрастного ученика отличать гласные от согласных и сам по-детски восторгается каждому звуку. А, сообщив Журдену о том, что тот говорит прозой, не может скрыть легкой досады по этому поводу. Какая там проза, когда вокруг столько поэзии! Лукавой, переменчивой, обманчивой, смешной и странной. В ее сетях вольготно влюбленным — капризнице Люсиль (Галина Кашковская) и пылкому Клеонту (Андрей Щеников), неправдоподобно красивой служанке Николь (Наталья Мартынова) и стремительному Ковьелю (Михаил Крылов). Не уследить, когда их гнев меняется на милость, а угрозы превращаются в жалобы. Таким играм Журдену никогда не овладеть.
За развитием хитрой истории наблюдают дети — «вундеркинд» (Александр Мичков) и enfant terribl (Глe6 Дерябкин). Весь спектакль они остаются самими собой — обаятельными мальчишками. Их естественность — своеобразный камертон для взрослых актеров, играющих больших детей. И поэтому в вольной фантазии по мотивам мольеровской пьесы нет ни одной фальшивой ноты.