RuEn

Петр Фоменко прочел «Театральный роман» в жанре меланхолии

В Мастерской Петра Фоменко есть традиция — каждый актер может подготовить отрывок и показать коллегам на специальном «вечере проб и ошибок». Именно из такой самостоятельной работы родился спектакль «Театральный роман», в котором актер Кирилл Пирогов не только сыграл главную роль, но и дебютировал в качестве режиссера.

Репетиции затянулись почти на полтора года, не обошлось без вмешательства мэтра. По итогу в театральной программке авторами спектакля значатся и мастер, и ученик, хотя режиссерский почерк «Театрального романа» хорошо узнаваем.

Произведение, в котором Булгаков описывал историю своего знакомства с Художественным театром, принято трактовать по-разному. С одной стороны, это памфлет, ироничный портрет сложного внутреннего устройства театрального мира, с другой — невеселая история мытарств творческого человека.

В спектакле Мастерской обе линии существуют параллельно, даже когда пересекаются. Кирилл Пирогов в роли Максудова как тень кружится по огромной темной сцене, освещенной крохотной лампочкой, словно булгаковский Мастер. Редкие гости врываются в мир его грез, как нечистая сила. Они появляются откуда-то из глубины сцены в клубах дыма, под музыку из «Фауста».

Максудов — рассказчик и одновременно главный участник событий романа, существует в спектакле обособленно. Он отстранено наблюдает за той или иной сценой, даже если находится внутри нее. Закулисный мир чарует и манит героя, но Максудов (как и Булгаков), так и не становится «человеком театра».

Знакомые с миром закулисья не понаслышке, участники спектакля создали некий собирательный образ театрального организма с его иерархией, интригами, амбициями и бьющей ключом эмоциональностью. Три поколения учеников Фоменко умудрились из каждой незначительной роли сделать маленький шедевр.

Галина Тюнина изображает секретаршу Немировича-Данченко, оберегающую покой патрона и отстаивающую его интересы с одержимостью жрицы. Олег Нирян играет три роли (издателя Рудольфи, режиссера Ильчина и заместителя директора МХАТ), и в каждой он неузнаваем. Бесподобна Галина Кашковская в образе кокетки Пряхиной, послушной последовательницы «Системы».

К открытиям спектакля можно отнести игру Максима Литовченко, который совместил в роли Станиславского портрет исторического лица и одновременно пародию на наше представление о нем. Младшее поколение театра (не прямые ученики Фоменко) подобной скрупулезностью, к сожалению, не отличилось.

Глядя на структуру постановки, узнаешь Петра Фоменко и в тоже самое время не узнаешь. «Театральный роман» пестрит фирменными приемами режиссера, но они не срабатывают. Парадокс заключается в том, что очарование, ирония и остро-характерная театральность, без которых раньше не обходился ни один спектакль мэтра, в истории про магию сцены начисто отсутствуют.

Новая постановка Мастерской занимает достойное место среди последних работ мастера. Приходится признать, что легкое дыхание жизни, упоение счастьем перестали интересовать Фоменко уже в «Бесприданнице». В поздних работах появилась та самая меланхолия, из-за которой неизлечимо больной Максудов кинулся с Цепного моста.

Впрочем, в спектакле Фоменко герой просто покидает сцену, растаяв в театральном дыму. А на прощание поворачивается к зрителям и задумчиво бормочет первые строчки своего нового сочинения о Понтии Пилате.